Новый раунд соперничества Катара с арабской группой "3+1"

15.03.2018
Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что Африка стала новым местом для конкуренции конфликтующего с арабской группой "3+1" Катара.

Напряженность между Катаром и арабской группой "3+1" (Саудовская Аравия, ОАЭ и Бахрейн, в качестве трех членов Совета сотрудничества стран Персидского залива + Египет), начавшаяся 5 июня 2017 года, длится вот уже 10 месяцев. Независимо от напряженности между этими странами и словесными войнами, которые усилились в последнее время, складывается впечатление, что эти страны в вопросе привлечения политических союзников стараются не отстать друг от друга и выбрали африканские страны для этой цели. 

Судан играет центральную роль в конкуренции между Катаром и арабской группой "3+1" Заместитель премьер-министра Катара и министр иностранных дел Шейх Мухаммед бен Абдулрахман аль-Тани в начале этой недели отправился в Судан и встретился с официальными лицами этой страны. Ранее в конце февраля 2018 года посол Катара в Хартуме опубликовал письмо эмира Катара президенту Судана Омару аль-Баширу, а Омар аль-Башир в официальном письме к эмиру Катара призвал к расширению связей с Дохой. Это произошло, когда саудиты и их союзники призвали суданское правительство ограничить свои отношения с Катаром. В то время как правительство Хартумо обеспокоено влиянием Катара на сторонников «Братьев-мусульман» в Судане, оно также хочет сохранить финансирование Саудовской Аравии. Тем не менее суданское правительство недовольно саудовской политикой поддержки Египта. Соответственно, аналитики, такие как Насреддин Мохаммад Адам, исследователь и эксперт в области международных отношений в Суданском центре исследований и информации "Аль-Марафе", считают, что "Коалиция Хартума с Эр-Риядом непродуктивна для Судана, поскольку с Эр-Рияд и Египет плывут на одном корабле и Египет не хочет, чтобы Судан тоже взошел на его борт". 

Важным моментом является то, что, насколько правительство Катара пытается строить отношения с африканскими странами на основе уважения, правительства Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов и Египта имеют интервенционисткий взгляд на эти страны и повышают уровень нестабильности и неуверенности в них. Политика ОАЭ в отношении Сомали и Ливии является одним из свидетельств такого поведения. Хотя правительство Сомалиленда не признано ни одной страной, портовая компания Дубая недавно подписала с правительством Сомалиленд соглашение, признав его таким образом, как независимое от Сомали государство. Правительство ОАЭ также вмешалось в Ливию, в то время как Ливия страдает от многостороннего управления. По словам , второго заместителя верховного совета иностранных дел Ливии Мохаммада Амезаба, Абу-Даби тратит средства из заблокированных в эмиратских банках фондов и активов Каддафи в поддержку сил генерала Халифы Хафтара.

Можно сказать, что в соперничестве за влияние в Африке правительство Катара, в противоположность арабской группе "3+1", разумно продвигалось и выбрало путь взаимного уважения вместо агрессивного и дестабилизирующего взгляда. В реальности внешняя политика Катара стала свидетелем возвращения к периоду до 2011 года. Правительство Катара определяло приоритет своей внешней политики в 2011 году на основе посредничества в региональных кризисах и использования экономического фактора для влияния в регионе, играя роль миротворца. Но эта внешняя политика изменилась с началом арабских протестов в 2011 году, и Катар, неправильно истолковав эти события, решил вмешаться во внутренние дела стран, в конечном итоге потерпев неудачу. Нынешняя внешняя политика Катара также является напоминанием о дореволюционной эпохе.

ParsToday

Возврат к списку